– Надежнее? Разве двоих вооруженных охранников у дверей палаты не достаточно? – удивился Саша. – В окно он не выпрыгнет. Двенадцатый этаж все-таки. Чего вам беспокоиться?

– Знаешь, – понизил голос Костя. – Смешно, конечно, звучит, но… Они его боятся. Даже мне стало не по себе, когда я первый раз столкнулся с ним лицом к лицу. Ну, на улице, во время задержания. Чего, ты думаешь, стрелять пришлось? Он ведь вышел за оцепление. В рапорте ты этого не найдешь. Это я тебе одному, можно сказать, как врачу и другу. – Оперативник оглянулся через плечо. – У него в глазах что-то такое… Я таких глаз никогда не видел. Понимаешь, мне бы ему врезать в голову как следует и наручники, а я стою, смотрю, как он мимо проходит, и все. Веришь – нет, даже мизинцем не шевельнул.

– Гипноз? – предположил Саша. – Хотя лично я не знаю способов мгновенного наведения гипнотического транса.

– Да нет, не гипноз. Я ведь все помнил, все соображал, просто стоял, и все.

– Пошевелиться не мог?

– Да нет же, мог. В том-то и дело. Не стал просто. Сам не знаю почему. Стою себе, как полный… этот… Нашло что-то.

– Хм. Занятно. Саша вновь повернулся к монитору.

«Убийца быстро шагнул к врачу, приказал коротко и властно:

– Дайте руку. Тот попытался подняться, но не справился с собственными коленями и снова рухнул в кресло. Лицо его побледнело.

– Руку!!! – гаркнул убийца, делая еще шаг. Врач покорно протянул ему руку ладонью вниз. Убийца быстро схватил ее, сжал в тонких пальцах. Он оставался серьезным и сосредоточенным. Внезапно убийца наклонился вперед и заглянул врачу в глаза. В кадр вплыл охранник – вскинувший автомат здоровый бугай, а в желтом квадрате на полу четко обозначился еще один силуэт.

– Назад! – заорал бугай, щелкая затвором. – Назад, б…! Мордой к стене! Руки на затылок! Убийца медленно повернул голову и серьезно посмотрел на руоповцев, затем отпустил руку врача, медленно выпрямился и отошел к стене. Повернулся спиной к камере. Врач дышал часто-часто. Лицо его было залито потом. Сверкающие в свете яркой лампы капли катились по лбу, носу, щекам, подбородку. Пока один охранник держал Потрошителя на мушке, второй опустился на корточки рядом с креслом.